«Армия и Флот»

Всероссийский общественный,
военно–литературный журнал.

основан в 1914 году

(электронная версия журнала зарегистрирована в
Росохранкультуре, свидетельство о регистрации
средства массовой информации Эл ФС77-27548
от 14 марта 2007 года)

ЗАДАЧИ ЖУРНАЛА:
• Способствовать единению общества, культуры и армии России.
• Способствовать всестороннему взаимному ознакомлению и единению различных родов войск Вооруженных Сил России.
• Дать широкий простор мысли, направленной на благо армии и флота.
• Пробуждать интерес к военному делу и военной истории России.
• Отражать состояние дел в военно-промышленном комплексе России.
• Содействовать сохранению и развитию военно-исторического, историко-культурного, государственного наследия и безопасности России.
• Знакомить с положением военного дела за рубежом.

К 100-летию подводного флота

Подводные лодки балтийского флота в кампаниях 1916-1917гг.


Подводная лодка «Барс»

К началу первой мировой войны подводные силы Балтийского флота состояли из бригады подводных лодок и учебного отряда подводного плавания. В состав бригады входили два дивизиона: 1-й включал подводные лодки «Акула», «Минога», «Макрель» и «Окунь»; 2-й - лодки «Аллигатор», «Дракон», «Кайман» и «Крокодил». Начальником бригады был контр-адмирал П. П. Левицкий, который в русско-японскую войну 1904—1905 гг. командовал крейсером 2 ранга «Жемчуг», а с июня 1907 г., став начальником учебного отряда подводного плавания, фактически возглавил всю подводную часть флота на Балтике, где в 1912 г. и была создана под его командованием бригада подводных лодок.
В кампании 1914 г. подводным лодкам была поставлена задача уничтожения боевых кораблей противника. В первые недели войны лодки находились на позициях у входа в Финский залив, а впоследствии участвовали в обороне Рижского залива и, прикрывая миннозаградительные операции крейсеров и миноносцев, совершили несколько походов в южную Балтику. Трижды атаковать противника с выпуском торпед смогла только самая совершенная из балтийских лодок — «Акула» (370/475 т), однако все торпеды прошли мимо целей. Существенным усилением подводных сил Балтийского флота стало прибытие в Либаву сравнительно новых больших английских подводных лодок «Е-1» и «Е-9» (по 750/860 т), которые в октябре 1914г. прорвались через Зунд. «Англичанки», правда, тоже не добились успеха (5 атак, 8 торпед), но действие русских и английских лодок оказало большое моральное воздействие на противника: не столько из-за потерь на минах, сколько из-за угрозы подводных лодок немцы прекратили до весны операции своего флота.
Главной бедой балтийских подводных сил была устаревшая техника — все русские лодки бригады были спроектированы еще во время русско-японской войны, имели ограниченную автономность и плохие маневренные качества. Но на результативность действий лодок оказывали влияние и субъективные причины: отсутствие рациональных методов маневрирования при выходе в атаку, неудачный метод стрельбы торпедами (веером с растворением в 5—10°) и недостатки в подготовке и проверке торпед (18-дюймовая мина Уайтхеда образца 1912г.). Германский флот в тот же период смог добиться крупных успехов — лодка «U-26» потопила броненосный крейсер «Паллада», погибший со всем экипажем.
В кампании 1915 г., несмотря на смену командования бригадой (командующим ею стал капитан 1 ранга Н. Л. Подгурский) и некоторое пополнение новыми лодками, успешность действий наших подводников оставляла желать лучшего. Английские большие лодки, нацеленные на коммуникации противника, добились значительных результатов. В ходе боевых действий к первым двум из них добавились «Е-8», «Е-18» и «Е-19». Используя торпеды, артиллерию и подрывные патроны, англичане потопили 16 транспортов общей вместимостью более 31402 брт. Кроме того, «Е-9» отправила на дно броненосный крейсер «Принц Адальберт» (9078 т), погибший, подобно «Палладе», от взрыва погребов боезапаса (после попадания торпеды) со всем экипажем, а «Е-19» потопила малый крейсер «Ундине» (2076 т).
Английские командиры порой пренебрегали нейтралитетом Швеции, которая снабжала Германию железной рудой и позволяла германским транспортам использовать для переходов свои территориальные воды. Правомерность действий английских лодок (на каждой из них в походе находился штурманский офицер Российского флота) была опротестована шведами. Российское правительство, опасаясь вступления в войну Швеции на стороне Германии, требовало от командования Балтийским флотом неукоснительного соблюдения шведского нейтралитета, что делало крайне затруднительным борьбу с германскими перевозками железной руды. Тем более, что для этих перевозок использовались также норвежские и шведские транспортные суда. К их охранению подключились корабли шведского флота, которые, особенно вблизи своих территориальных вод, фактически вели противолодочную борьбу.
Стремление строго придерживаться соблюдения норм призового права и избегать шведских территориальных вод, наряду с другими причинами, отрицательно сказалось на успешности действий русских подводных лодок. Так, в кампании 1915 г. боевого успеха добились только «Аллигатор» и «Кайман», действовавшие у входа в Ботнический залив. Первая лодка в октябре захватила германский транспорт «Герда Вит» (1801 брт), а вторая - транспорт «Шталек» (1127брт). При этом балтийцы в ноябре 1915 г. потеряли «Акулу», погибшую со всем экипажем в боевом походе на минную постановку. Германский флот потерял тоже одну лодку «11-26», которая, предположительно, подорвалась на мине в северной Балтике.
Сама бригада подводных лодок в 1915 г. была развернута в подводную дивизию Балтийского моря и получила пополнение, в том числе первые три лодки нового типа - «Барс», «Гепард» и «Вепрь». Эти большие подводные лодки (проект И. Г. Бубнова) при водоизмещении 650/785 т были вооружены двенадцатью 45-см торпедными (минными) аппаратами (из них 8 - решетчатые системы Джевеикого), 57-мм пушками, могли находиться в море 2 недели и пройти полным ходом в надводном положении от 2400 до 3065 миль (в подводном - от 22 до 37,4 миль). Скорость их полного подводного хода достигала 7,8-8,7 узлов, глубина погружения - 45,5 м. Недостатками «барсов» были малая надводная скорость (9,7- 11,2), так как они не получили штатных 1320-сильных дизелей (вместо них на первых лодках устанавливали дизели всего по 250 л. с.); сравнительно большое время погружения (2-3 мин.); отсутствие водонепроницаемых переборок внутри прочного корпуса. «Барс», «Гепард» (с июля 1915 г.) и «Вепрь» (с сентября) вошли в состав нового, 1-го дивизиона, командовал которым командир «Барса» капитана 2 ранга В. Ф. Дудкин. Эти три лодки в 1915 г. совершили 16 походов (73 суток). «Гепард» выполнил три безрезультатные атаки, в том числе одну с выпуском пяти торпед в залпе, а «Вепрь» из-за неправильных действий командира (ст. лейтенанта А. Е. Циолкевича) едва избежал гибели от торпед германской подводной лодки «U-9». В кампанию 1916 г. в состав 1-го дивизиона вошла четвертая лодка Балтийского завода - «Волк» (с 14 апреля 1916 г.) Вскоре стал действующим и 2-й дивизион «барсов» (постройки завода «Ноблесскер» в Ревеле). В него вошли: «Тигр» (с 8 апреля 1916 г.), «Львица» (с 10 июня), «Пантера» (с 23 июля) и «Рысь» (с 4 ноября). Начальником дивизиона (и. д.) стал бывший командир «Крокодила» капитан 2 ранга А. Н. Никифораки. Транспортами базы 1-го и 2-го дивизионов служили соответственно «Тосно» и «Европа». 10 июня 1916 г. в составе дивизии был сформирован новый, 4-й дивизион (лодки «АГ-11», «АГ-12», «АГ-13», (переименована в «АГ-16»), «АГ-14», «АГ-15», транспорт «Оланд». Подводные лодки типа «АГ» («Американский Голланд») были приобретены в США и собирались на Балтийском заводе; они вступили в состав действующего флота в сентябре - ноябре 1916 г. и хорошо подходили для Балтики (355/467 т, 13/10,5 узлов, 4 носовых трубчатых ТА, 1 47-мм пушка). В 1916 г. лодки типа «Кайман» составляли 5-й дивизион подводной дивизии, в конце года они были сданы к порту. Малые лодки типа «Касатка» (4 единицы) и «Минога» входили в 6-й дивизион. Устаревшие «Щука», «Белуга», «Пескарь» и «Стерлядь» в декабре 1916 г. были перечислены в учебный отряд подводного плавания. Новые 3-й и 5-й дивизионы тогда же были сформированы из достраивающихся восьми лодок типа «Барс». В состав дивизии по-прежнему входила флотилия английских подводных лодок: «Е-1», «Е-8», «Е-9», «Е-18», «Е-19», а с ноября 1916 г. - еще и «С-26», «С-27», «С-32» и «С-35». Всего к началу мая 1916 г. подводная дивизия насчитывала 24 подводные лодки, в том числе 5 больших, типа «Барс» и 5 - типа «Е».



Командир подводной лодки "Барс" старший лейтенант И. В. ИЛЬИНСКИЙ.


В начале декабря того же года в строю числилось 26 единиц, включая 8 «барсов» и 4 «Е». Флаг-капитаном штаба командующего дивизией был капитан 2 ранга (с 30 июля 1916 г. - капитан 1 ранга) С. Д. Коптев, которого в конце октября 1916 г. сменил капитан 2 ранга П. Ф. Келлер. Флагманским штурманским офицером штаба с апреля 1915 г. по июль 1916 г. служил капитан 2 ранга Н. Н. Зубов, а после него - старший лейтенант А. Н. Эссен (сын бывшего Командующего флотом). Первым флагманским минным офицером состоял старший лейтенант А. П. Левицкий, вторым - капитан 2 ранга С. А. Кукель, инженер-механиком - капитан 1 ранга Е. М. Бакин. На этот штаб и была возложена заблаговременная подготовка к боевым действиям лодок, которая осложнялась отсутствием или неопределенностью указаний от высших командных инстанций. Так, Ставка Верховного Главнокомандующего задачу нарушения морских коммуникации на Балтике в 1916 г. флоту вообще не ставила из-за опасения осложнений со Швецией. В оперативном же плане Балтийского флота на тот же 1916г. содержалось туманное указание: «...стремиться к уничтожению открытой силой всякой более слабой части неприятельского флота и всех коммерческих его судов каждый раз на выходе их в море». Между тем Германское командование, оставив на Балтике на лето 1916 г. почти исключительно легкие силы (малые крейсера и миноносцы), приняло деятельные меры по охране судоходства. Главные направления коммуникаций по-прежнему проходили с севера на юг (и обратно) вдоль берегов Швеции (железная руда), а также от Либавы на Хоборг (южная оконечность о. Готланд), от Свинемюнде на Либаву, и на северо-запад из Данцига. Меры германского командования включали: усиление созданной в Свинемюнде флотилии по защите морской торговли (55, потом 65 судов — вооруженных рыболовных и каботажных пароходов с постепенной заменой части из них на миноносцы типа «А» и тральщики типа «М»); введение системы конвоирования на опасных (открытых) участках коммуникаций; оборудование судов-ловушек. Назначенные в качестве последних пароходы «Герман» («Н»), «Кронпринц Вильгельм» («К») и «Александра» («А») были вооружены четырьмя 105-мм орудиями каждый, а «Примула» («Р») - двумя такими орудиями с соответствующей маскировкой. Позднее (к осени 1916 г.) к ловушкам добавились два парусника и буксир с лихтером (2 105-мм орудия). Суда-ловушки действовали как самостоятельно, так и в составе конвоев.


Командир подводной лодки "Львица" капитан 2 ранта А.Н. ГАРСОЕЯ.


Германское командование в целях противолодочной обороны использовало также авиацию - самолеты и дирижабли — и обоснованно рассчитывало на прежнее содействие шведского флота. Командование российского Балтийского флота во многом недооценивало значение активных действий на коммуникациях противника, сосредоточив свои усилия на развитии позиционной обороны. Командующий подводной дивизией Н. Л. Подгурский и его штаб получали из штаба флота общие указания и скудные разведывательные данные (агентурная разведка), которые зачастую устаревали и не годились для планирования операций. Предоставленные самим себе подводники ввели в действие инструкцию командирам лодок, которым предписывалось строго соблюдать нейтралитет Швеции и нормы призового права, атаковывать транспорты со стороны берега, отжимая их от шведских территориальных вод. Инструкция напоминала и о вооружении германских транспортов артиллерией. Зима 1915-16 гг. была сравнительно мягкой, и лед вблизи базы подводных лодок - Ревеля - начал интенсивно таять уже в апреле.
Однако действия балтийских подводников начались только 1 - 2 мая выходом в крейсерство подводных лодок «Е-9», «Е-19» и «Волк», причем последняя была направлена в море в соответствии с прямым указанием ко¬мандующему дивизией от имени комфлота. Главной задачей этих лодок, вернувшихся в Ревель 8-10 мая 1916 г., была разведка; при этом английским лодкам разрешалось атаковать только крейсера и другие большие корабли противника, «Волку» - любые цели. Поход «Е-9», обследовавшей районы Эстергарн-Хоборг и Эланд-Борнхольм, окончился безрезультатно, так же как и поход «Е-19» в район Либава-Хоборг. Зато «Волк», которому был назначен район от Норчепингской бухты до пролива Кальмарзунд (между о. Эланд и побережьем Швеции), добился крупного успеха. «Волком» командовал потомственный моряк, старший лейтенант И. В. Мессер, имевший большой опыт подводного плавания. Прибыв в Норчепингскую бухту, он избрал следующую тактику действий: в светлое время суток маневрировал под перископом и сближался с обнаруженными транспортами на 1,5-2 кбт. Убедившись в возможной принадлежности судна противнику (все германские пароходы были без отличительных марок и без флагов) и в отсутствии на судне орудий, командир «Волка» всплывал на параллельном курсе несколько позади траверза транспорта, чтобы избежать возможного таранного удара. Первым в 10.00. 4 мая 1916 г. И. В. Мессеру попался германский пароход «Гера» (2800 брт), шедший из Стокгольма в Гамбург (порт приписки - Бремен). Всплыв в надводное положение, «Волк» поднял сигналы по международному своду - «Остановитесь» и «Покиньте судно как можно скорее». Сигналы были подкреплены несколькими выстрелами из носовой 57-мм пушки. И экипаж, незадолго перед этим поднявший германский флаг и пытавшийся уйти, поспешно покинул судно на шлюпках. По предложению штурманского офицера лейтенанта А. В. Зернина, И. В. Мессер приказал поднять Андреевский флаг, а от капитана парохода Карла Штундта (Штунда) потребовал доставки на лодку всех документов и карт. Капитан, однако, успел уничтожить кальку с рекомендованными курсами и привез на «Волк» только карты, «забыв» вахтенный журнал. Командир лодки оставил 22 человека команды парохода в шлюпках и приказал выпустить мину Уайтхеда из кормового трубчатого аппарата. В 10 ч. 27 мин. пароход «Гера», пораженный миной и погружаясь кормой вперед, затонул. «Волк» тотчас же начал преследовать другой пароход («Бремен»), обнаруженный в 4-5 милях на NW, но 11-узловая скорость лодки не позволила его догнать. После этого, погрузившись, лодка наблюдала в перископ 2 миноносца, а в 16 ч. 40 мин. всплыла для атаки транспорта «Кольга» (2086 брт), шедшего в Стокгольм с грузом германского угля в брикетах. Этот пароход не остановился, несмотря на сигналы и даже попадания 57-мм снарядов, и сумел уклониться от первой выпущенной мины. И. В. Мессер приказал выпустить вторую мину из носового трубчатого аппарата, которая и поразила «Кольгу» в середину корпуса. Экипаж на шлюпках покинул обреченное судно, затонувшее в 16 ч. 59 мин. В 18 ч. 25 мин. того же дня «Волк», внезапно всплыв в надводное положение, атаковал пароход «Бианка» (1054 брт), нагруженный мелким углем для Стокгольма. «Бианка» остановилась только после предупредительных выстрелов, и Мессер, взяв в плен ее капитана Оскара Кильша с картами и вахтенным журналом, потопил пароход миной из кормового аппарата (выстрел был произведен в 18 ч. 50 мин.). Команда «Бианки» была подобрана из шлюпок бывшими поблизости двумя шведскими пароходами. Считая разведку законченной и вполне обоснованно не надеясь более на встречу с германскими пароходами в Норчепингской бухте, командир лодки решил сменить район действий и направил «Волка» в позиционном положении на юг - ко входу в Кальмарзунд. Здесь днем 5 мая были обнаружены 8 пароходов - все под шведскими и датскими флагами. В ночь на 6 мая, пытаясь сблизиться с пароходом, «Волк» обнаружил силуэт миноносца, выпустившего мину, шум винтов которой прослушивался по левому бopтy. Командир уклонялся от обстрела посредством срочного погружения, но оно осложнялось заклиниванием правого вала. При разобщении вала приводным рычагом муфты был ушиблен моторист Битюков, умерший на борту лодки через 30 часов. Неисправность правой линии вала заставила И. В. Мессера направиться в базу под левым дизелем. У Дагерорта «Волк» встретился с эскадренным миноносцем «Мощный», но вначале уклонился от него погружением, так как не видел ответа на опознавательный сигнал. Затем в сопровождении «Мощного», с которого в штаб флота было по радио доложено об успехе, лодка дошла до Тахконы, а утром 8 мая благополучно прибыла в Ревель, одолев за поход 628,9 миль. По аналогичной схеме выполнялись и другие походы больших лодок из Ревеля в среднюю и южную Балтику.
Однако блестящий успех «Волка» другим лодкам повторить не удалось. Гибель в один день трех транспортов произвела большое впечатление на капитанов германских пароходов, которые отказались от одиночных переходов. Короткие участки трассы вдоль Шведского побережья, проходившие вне территориальных вод (у Норчепинга, у северного и южного входов в Кальмарзунд), транспорты преодолевали исключительно в конвоях с достаточно сильным охранением. Германские эскадренные миноносцы и аэропланы вели поиск подводных лодок, загоняя их под воду и сбрасывая бомбы. Это заставило лодки изменить тактику и выходить в атаки из подводного положения, стреляя одиночными торпедами и залпами с углом растворения (веером). Чтобы ускорить погружение, они крейсировали в позиционном положении (с заполненной средней, а иногда - и палубными цистернами). Угроза со стороны германских лодок, стороживших русских у Тахконы и Дагерорта, и обнаружение в этих же районах мин заграждения заставило командование дивизии изменить маршруты развертывания. Для выхода лодок стали использовать пути в открытое море из Ревеля через Моонзунд-Саэло-зунд и через Порккалаудд, Ганге и шхеры. Эти меры помогли избежать потерь, но не обеспечили боевого успеха. Командиры лодок настойчиво искали противника, артиллерийским огнем часто останавливали одиночные пароходы, которые оказывались датскими или шведскими. Возможность атаковать конвой представлялась сравнительно редко. Так, в двух походах «Львицы» осенью 1916 г. ее командир, капитан 2 ранга А. Н. Гарсоев единственный раз наблюдал далеко на горизонте дымы конвоя, опросил шведскую лайбу, обнаружил две подводные лодки, из которых одна погрузилась, избегая атаки, а от второй (под перископом) пришлось уклоняться самой «Львице». Настойчиво искал противника командир «Тигра», старший лейтенант В. В. Соллогуб. «Тигр» совершил пять боевых походов, обнаружил множество нейтральных пароходов, лайб и только два «каравана», один из которых 19 июня безрезультатно (хотя на лодке слышали два взрыва) атаковал тремя минами Уайтхеда из подводного положения. «Гепард» под командованием капитана 2 ранга К. К. Нерике в майском походе попал под таран конвойного судна, свернувшего ему тумбы орудий. В конце июля лодка дважды обнаруживала конвои и первый из них 27 июля атаковала тремя минами из подводного положения с дистанции 3 кбт. На «Гепарде» также слышали взрывы, но мины в цель не попали. «Пантера» старшего лейтенанта Г. М. Палицына в единственном своем походе в октябре 1916 г. обнаружила два конвоя, из которых атаковала один (10 октября), безрезультатно выпустив три мины Уайтхеда. Своеобразным рекордсменом среди больших лодок стал «Барс», который под командованием старшего лейтенанта Н. Н. Ильинского совершил шесть боевых походов общей продолжительностью 49 суток. В первом — майском — походе лодка при попытке остановить пароход была неожиданно обстреляна последним из кормового орудия. «Барс» погрузился. Выпущенная вслед пароходу мина в него не попала. Впоследствии Н. Н. Ильинский трижды атаковал конвои, один раз — германские эсминцы и один раз - подводную лодку. Однако ни одна из выпушенных «Барсом» десяти мин Уайтхеда цели не достигла. Не исключено, что часть их оказалась неисправна - была попорчена морской водой при хранении в бортовых аппаратах Джевецкого. Статистика походов «Барса» выглядела следующим образом (на примере крейсерства 12-22 мая): пройдено за поход 1210 миль; 21 погружение; 52 часа надводного хода, 67 час. - подводного, 86 час. - под средней, 39 час. - под средней и палубными цистернами. Английские лодки в кампании 1916 г. успехов почти не имели. Это отчасти объясняется тем, что командование флота и подводной дивизии посылало их на позиции к Либаве, к Курляндскому побережью и в юго-восточную часть моря — против боевых кораблей. Германский же флот активности не проявлял. Только лодке «Е-18» 13 мая удалось торпедировать и тяжело повредить новый германский эсминец «V-100», но и сама лодка спустя пять дней, вероятно, подорвавшись на германской мине, погибла со всем экипажем.
Примечательно, что в начале кампании 1916 г. подводные лодки приняли участие в двух совместных операциях против неприятельских морских перевозок. В конце мая - начале июня «Тигр», «Вепрь», «Волк», «Е-19» и «Е-9» были привлечены к обеспечению набега Отряда особого назначения контр-адмирала П. Л. Трухачева на большой конвой, обнаруженный благодаря агентурным сведениям из Стокгольма. «Вепрь» под командованием старшего лейтенанта В. Н. Кондрашева, крейсируя у северного входа в Кальмарзунд, утром 29 мая безуспешно атаковал миной Уайтхеда один из двух обнаруженных неопознанных пароходов, а вечером того же дня выпустил две мины по большому конвою, но успеха не добился. Другие лодки также действовали впустую («Е-9» атаковала миноносцы), зато дивизион новых эсминцев - «Новик», «Победитель», «Гром» - под флагом начальника Минной дивизии контр-адмирала А В. Колчака потопил в бою судно-ловушку (вспомогательный крейсер) «Герман» («Q», 2030 брт), вооруженный четырьмя 105-мм орудиями специально против подводных лодок. Второе развертывание для специальной операции было произведено, начиная с 15 июня: «Барс» и «Тигр» заняли позиции у северного и южного входов в Кальмарзунд, а «Е-9» - у Стейнорта. «Барсу» удалось обнаружить и, как указывалось выше, атаковать германские миноносцы. Донесение «Барса» вызвало дополнительное развертывание сил, но сам набег наших эсминцев, поддержанных крейсерами, окончился без должного результата.
Более успешными стали действия лодок в Ботническом заливе, где германский флот не мог применять систему конвоирования. Правда, здесь наши подводники встречали враждебные действия со стороны нейтральных шведов. Так, 10 мая 1916 г. под тараном шведского парохода «Ангерманланд» погиблa со всем экипажем малая подводная лодка «Сом», а позднее шведский же пароход1 пытался таранить «Волка», прозванного своим экипажем «гроза, морей», но только погнул ему оба перископа. Зато сам «Волк» под командованием И. В. Мессера 25 июня 1916 г., согласно принятым ранее тактическим приемам, остановил артогнем и потопил (расход - 2 мины Уайтхеда) германский пароход «Дорита» (3689 брт), шедший из Лулео в Штеттин с грузом железной руды. Следуя своему обычаю, бесстрашный Мессер пленил капитана парохода Т. Фридрихсена и доставил его в русский порт. Отличился и командир «Вепря», старший лейтенант В. Н. Кондрашев, который 3 июля из подводного положения торпедировал и потопил германский транспорт «Сирия» (3597 брт), шедший в охранении шведских кораблей. «Вепрь» выпустил три мины Уайтхеда, из которых одна поразила цель. Шведы при этом заявили протест, указав, что транспорт затонул в их территориальных водах, но забывая при этом о своей поддержке враждебной для России страны: «Сирия» везла железную руду в Германию. После протеста Швеции «Вепрь», который 5 июля безуспешно атаковал тремя минами целый конвой, был отозван, на этом инцидент был исчерпан. В Ботническом заливе на коммуникациях действовали и наши надводные корабли, а для лодок последний успех выпал на 10 августа 1916 г., когда «Крокодил» задержал и привел в порт пароход «Дестеро», однако его пришлось отпустить по решению призового суда. Скромные успехи подводных лодок в кампании 1916 г. вызвали недовольство нового Командующего Балтийским флотом вице-адмирала А. И. Непенина, который в конце года заменил командующего дивизией, назначив на эту должность капитана 1 ранга Д. Н. Вердеревского. Действительно, на успешности действий наших подводников, которые, тем не менее, вызвали большое оперативное напряжение германского флота, сказались и субъективные факторы. Лодки посылались в поход парами или целыми группами, но при этом непрерывность обслуживания самых выгодных позиций не соблюдалась. Некоторые позиции - к востоку от Готланда и у берегов Курляндии - были заведомо бесперспективными с точки зрения обнаружения конвоев. Коэффициент оперативного напряжения больших лодок был низок, что отчасти объяснялось неисправностями материальной части и авариями. Д. Н. Вердеревский командовал дивизией в зимний период 1916-1917 гг., когда из-за ледовой обстановки боевые походы лодок прекратились, но в России и на Балтийском флоте произошли важные события, изменившие ход истории. Сам А. И. Непенин не пережил революционных событий февраля-марта 1917 г., а в апреле того же года Д. И. Вердеревского сменил командир линкора «Севастополь», георгиевский кавалер, капитан 1 ранга П. П. Владиславлев (с августа 1917 г. - контр-адмирал).
В кампании 1917 г. дивизия существенно пополнилась новыми большими лодками типа «Барс» и лодками типа «АГ», но революционные события отрицательно сказались на дисциплине моряков, а следовательно, и на боеготовности. Так, 8 июня 1917 г. во время учебного погружения вблизи плавбазы «Оланд» на рейде в Люме из-за грубого нарушения правил подводной службы затонула лодка «АГ-15», на которой погибли 17 подводников. Шестеро моряков во главе с лейтенантом Матыевичем-Мациевичем смогли выйти из аварийной лодки, вынырнув на поверхность. Характер использования коммуникаций противником остался прежним, но противолодочная оборона была значительно усилена, что, в сочетании с понижением уровня боевой выучки, привело к большим потерям без соответствующих успехов. Лодки дивизии с мая по октябрь 1917 г. совершили 76 боевых походов на коммуникации, на разведку, для противодействия германскому флоту в Моонзунд-ском сражении и на прикрытие входа в Финский залив. При этом только подводной лодке «Вепрь» старшего лейтенанта В. Н. Кондрашева удалось 26 июля 1917 г. в Ботническом заливе потопить германский пароход «Фридрих Каров» (873 брт). Английская лодка «С-27» в Рижском заливе 3 октября тяжело повредила плавбазу «Индианола». Балтийский флот потерял четыре подводные лодки - в мае 1917 г. из похода не вернулись: «Барс» (командир - старший лейтенант Н. Н. Ильинский) и «Львица» (старший лейтенант Б. Н. Воробьев), в июне - «АГ-14» (старший лейтенант А. Н. Эссен), в октябре - «Гепард» (старший лейтенант Н. Л. Якобсон). Наиболее вероятными причинами гибели двух последних были подрывы на минах заграждения. В отношении «Барса» и «Львицы» есть указания германской стороны о их преследовании противолодочными силами. Но нельзя исключить, что гибель некоторых лодок была вызвана неисправностями или ошибочными действиями личного состава. Таким образом, в кампаниях первой мировой войны в исключительно сложных условиях, при отсутствии необходимого опыта и достаточного количества подводных лодок, балтийские подводники, тем не менее, добились существенных результатов в борьбе на коммуникациях противника.

В. Ю. Грибовский

 

Copyright ©2005 "Армия и Флот"